Поразительный с нынешней точки зрения факт откровенного сословного разделения «сестер во Христе» на знатных и «малородных» и прямой отказ от краеугольных монашеских правил, видимо, не вызвал удивления у духовных и светских властей. Но не будем судить историю — время широкого возрождения традиций аскетизма, старчества и монастырских уставов эпохи раннего христианства в русских монастырях наступило лишь в XIX столетии.

При Петре I началась раздача монастырских земель знати. «Прибавление к духовному регламенту о монахах» (1722) обязывало монастырь открыть в своих стенах больницу и ночлежный дом. После монастырской реформы 1764 года монастырь лишился большей части своих богатств; по штатам ему положено было иметь игуменью, казначею и 70 монахинь. Император Павел, однако, установил Вознесенским инокиням повышенные годовые оклады и пожаловал монастырю озера для рыбной ловли, мельницы и сенокосные луга.

В середине XVIII столетия монастырь называли Соборным; он имел статус ставропигиального и кафедрального. Когда по велению императрицы Елизаветы Петровны в Санкт- Петербурге был основан первый женский Воскресенский Новодевичий монастырь, среди первых его инокинь были переведенные из Вознесенского монастыря.

Баженовский проект перестройки Кремля не щадил и Вознесенского монастыря, но не был осуществлен.

До 1812 года в Вознесенском монастыре хранилась знаменитая икона Богоматери Державной, позднее забытая и явившаяся в Коломенском в 1917 году.

В 1812 году ризницу успели вывезти в Вологду, но монастырь был разграблен французами. Свидетельство очевидца: «3 числа (сентября. — КМ.) неприятели разломали в церквах двери и с алчностью все грабили. 6 числа монахини из монастыря были выгнаны и, ограбленные, разошлись по разным местам». Священник Вознесенского монастыря Иван Яковлев при французах запомнился следующим подвигом: отобрал у некоей раскольницы похищенные ей из Кремля мощи Димитрия-царевича и спрятал их за алтарем Вознесенского собора; затем их вновь перенесли в Архангельский. После восстановления от неприятельского нашествия монастырь пришлось освящать заново в 1814 году.