Особенно часто посылали геодезистов на работы в Анненгофский дворец и в парк по требованиям конторы Интендантских дел и Дворцовой канцелярии, где, например, с мая 1735 г. трудился геодезист А. Коптев, а "для размеру в Анненгофе земляной работы” 25 июня был направлен И. Шишков. К середине года в команде осталось только пять человек: С.А. Кашинцов, Ф.Г. Аринкин, М.А. Енкуватов, А.Б. Писарев и С. Беликов.

Весна 1735 г. в истории создания плана Москвы ознаменовалась важными событиями. 19 мая ”к рассмотрению” С.А. Салтыкову с товарищами в сенатской конторе И.Ф. Мичурин вместе с письменным доношением предъявил план для последующей его отсылки в Сенат. Архитектор доложил, что ему вместе с геодезистами по именному указу велено сочинить всей Москвы окуратно план, которого ныне и сочинено Кремль, Китай и Белой город”. Если принять во внимание, что подобный готовый большой план” части Москвы И.К. Кирилов уже видел у геодезистов летом 1734 г., оставалась лишь его доработка при переводе в более мелкий масштаб. Естественно, что у Кирилова возникло недоумение в том, что такая, в сущности, несложная работа длится около года. Можно предположить, что Мичурин с геодезистами, приняв во внимание критические замечания Кирилова, в соответствии с его рекомендациями уже почти законченный план во многих деталях перерабатывал. Но тогда не ясно заявление архитектора, требующего официального решения по поводу методики дальнейших съемок: ”А впредь для сочинения Земляного города и  пристойных ближних мест около Землянова города требую резолюции:  ль будет сочинять, и ежели повел будет, то каким образом со всеми принадлежащими строениями или токмо улицы и переулки с каменным строением, а деревянные мелкие строении только их межи для того, ежели на плане  будет делать и мелочные строения со всею их, то может в сочинении оного плана учинится немалое продолжение”.