Геодезисты доложили о том, что ими описано Кремль, Китай и Белой город, а Земляного — улицы и переулки, и за Земляным городом улицы и переулки сняты за Москвою-рекою и от Москвы-реки до Дорогомиловского мосту”. Далее Кирилов описывает сомнения геодезистов по поводу ряда принципиальных положений, отсутствие которых тормозит съемку и составление плана. Во-первых, дворы без определения от меня не вносят”, т.е. Московская геодезическая команда ждет конкретных указаний о том, какие именно дворы наносить на план. Во-вторых, они требовали какою препорциею уменьшить и поскольку мерою описывать за Земляным городом”, т.е. геодезисты, не имея, по-видимому, методической помощи от архитектора, просили знатока отечественной картографии дать четкие установки относительно масштаба съемки и степени уменьшения плана при его оформлении, а также о границах проведения съемки за пределами Земляного города. Очевидно, считая, что решение об отстранении Мичурина и назначении Писарева ответственным за сочинение московского плана” уже состоялось, Кирилов так заключает свой ордер: Того ради, ваше благородие, благоволите приказать, чтоб описывали по надолбы и со внесением монастырей Симонова, Донского и протчих. Этими указаниями Кирилова определилась дальнейшая судьба плана. Все они были безоговорочно приняты, что нашло свое отражение на печатном плане Москвы 1741 г.

Упомянутые в кириловском ордере надолбы — это деревянный частокол, сооруженный вокруг города откупщиками продажи вина в Москве (компанейщики”) в 1731—1732 гг. в целях предотвращения ввоза дешевого вина из подмосковных деревень. Этот так называемый Компанейский вал просуществовал около десяти лет. Надолбы частично сгорели от пожаров, частью сгнили или были растащены населением на дрова.