Ваша борьба есть наша борьба. Ваша победа — наша победа. Пусть счастье сопутствует вам во всех бурях настоящего и будущего!

Съезд приветствовали представители левой социалистической партии Швеции, датской социалистической молодежи, других зарубежных революционных организаций.

По предложению Я. М. Свердлова, съезд обратился ко всем воюющим с Советской страной державам с призывом открыть переговоры о заключении мира.

С огромным воодушевлением были приняты приветствия в адрес Красной Армии и «Всем рабочим, крестьянам, солдатам всех наций, борющихся за мир и социализм, и их вождям».

Кульминацией съезда стали два выступления Владимира Ильича Ленина по главным пунктам повестки дня: о годовщине Октябрьской революции и о международном положении.

Я не слышал Ленина десять месяцев, с III съезда Советов. Видел его мельком весной и летом в коридорах Совнаркома. Как и в Смольном, он выглядел бодрым, полным энергии.

Сейчас, со сцены Большого театра, Владимир Ильич показался мне похудевшим, осунувшимся, уставшим. Это было одно из первых его появлений на большом собрании после подлого покушения эсерки Каплан. Видимо, сказывались и последствия тяжелого ранения, и огромная нагрузка, и новые осложнения в военной и международной обстановке.

Но стоило Ленину выйти на трибуну, как глаза его загорались, речь наполнялась страстью, всесокрушающей силой.

И уже с первых минут аудитория была заворожена ходом ленинской мысли.

Можно было ждать, что в связи с годовщиной Октябрьской революции докладчик по крайней мере в своей первой речи уделит главное внимание достижениям революции. Я помнил, как, выступая на III съезде Советов в январе этого года, торжествовал Ильич, что Советская власть уже прожила 2 месяца и 15 дней, на пять дней больше Парижской коммуны.