Решено было отряды свести в дивизию и Киквидзе назначить

ее командующим. Перед подписанием приказа о создании дивизии отряды были приведены к присяге.

Помню, как в торжественной обстановке Н. И. Подвойский проводил эту процедуру. Если я не ошибаюсь, это был первый случай приведения к воинской присяге после недавнего опубликования ВЦИК «Формулы торжественного обещания» для красноармейцев.

Перед построенными на площади бойцами появился Подвойский. С ним вышел взволнованный праздничностью обстановки молодой грузин —в кожаной тужурке и серой папахе. Это и был вчерашний партизан, а с сегодняшнего дня начдив Василий Киквидзе.

После приветствия и краткого слова Н. И. Подвойского означении присяги Киквидзе скомандовал:

С огромным воодушевлением, четко и ритмично, как стихи, Подвойский чеканил каждое слово обещания:

—    Я, сын трудового народа, гражданин Советской Республики.

И ему вторит тысячеустое эхо:

—    .гражданин Советской Республики.

—    .принимаю на себя звание воина рабочей и крестьянской армии.

—    .рабочей и крестьянской армии.— повторяет эхо.

Чувствовалось, что слова эти произносились не формально,

а от души, шли из глубины сердца.

Последний пункт присяги звучал как клятва:

—    Если по злому умыслу отступлю от этого моего торжественного обещания, то да будет моим уделом всеобщее презрение и да покарает меня суровая рука революционного закона.

Слова присяги звучали с такой силой убежденности, что не могло быть сомнения: за дело революции дивизия будет драться до последнего. Ближайшие месяцы подтвердили это. Летом и осенью 1918 года дивизия вела победоносные бои с белогвардейцами на Дону и иод Царицыном. А в начале 1919 года в одном из боев в районе Урюпинской пал смертью храбрых ее молодой талантливый командир.