В «Метрополе» осталось руководство наркомата — Г. В. Чичерин и его заместители, секретариат НКИД и часть обслуживающих ее отделов; в здании на Кузнецком — экономический, протокольный и большинство других отделов, библиотека, управление делами, хозяйственное управление, бюро по обслуживанию иностранцев и т. д. Значительная часть здания была отведена под квартиры сотрудников.

Здесь же, на Кузнецком, помещался и созданный недавно отдел по подготовке переговоров с Антантой. Кроме Керженцева и его заместителя Франкфурта, в нем работало около десятка сотрудников, в задачу которых входил розыск и изучение документов о вмешательстве стран Антанты в дела Советской России, о военной помощи Антанты русским контрреволюционным армиям, об огромном материальном ущербе, нанесенном этими акциями нашей экономике.

На основе этих документов НКИД готовил встречный счет в ответ на претензии стран Антанты за аннулированные Октябрьской революцией иностранные займы и национализированное имущество подданных этих стран.

В работу по розыску документов включился и я.

В качестве первого поручения мне пришлось ознакомиться с помещениями и имуществом, брошенными западноевропейскими посольствами весной и летом 1918 года — в момент разрыва с нами дипломатических отношений.

До переезда Советского правительства в Москву посольства находились в Петрограде, куда мне пришлось выехать.

В сопровождении уполномоченного НКИД по Петрограду я побывал в опечатанных помещениях французского, итальянского, шведского и румынского посольств, обнаружив всюду примерно одну и ту же картину: поломанную мебель, порванные и разбросанные бумаги, изъеденные и загаженные мышами книги, альбомы, подшивки газет, географические карты.