По-прежнему прекрасен город. Те же чистые, пожалуй, еще более ухоженные проспекты, площади, парки. Так же очаровательны средневековые кварталы Старого города. Тот же влажноватый воздух Прибалтики.

Но стоило всмотреться пристальней — многое изменилось. Особенно в центре. И прежде всего, люди.

Два года назад я покинул прифронтовой город, а приехал в лихорадочно-оживленную столицу буржуазной Латвии, напоминающую суетливую столицу меньшевистской Грузии. То же кажущееся экономическое процветание крикливые витрины магазинов со второсортными импортными товарами, множество ресторанов, ресторанчиков, кафе, баров. То же обилие дешевых увеселений — театров-варьете, кинематографов, танцплощадок. Та же пестрая космополитская толпа на центральных улицах: буржуазные дамы, нувориши, латышские чиновники и русские

офицеры, местные и приезжие спекулянты, белые эмигранты и раскрашенные проститутки. То же обилие печатных изданий — газеты латышские, русские, немецкие, еврейские.

Но стоило проехать на трамвае несколько остановок от центра к окраинам — вы попадали на пустынные улицы с редкими и бедно одетыми прохожими, видели обшарпанные, давно перемонтированные дома, бездействовавшие фабрики, заколоченные мастерские.

И эти контрасты отражали антинародную политику правящей верхушки.

Ставка правительства Ульманиса была сделана на кулацкое хозяйство в деревне, экспорт продовольствия и импорт промышленных товаров, максимальное сокращение численности рабочего класса. Закрытые еще в годы первой мировой войны предприятия оставались законсервированными.

Смертельно боявшееся социалистической революции, правительство Ульманиса вынуждено было, однако, установить с Советской страной мирные отношения: в конце 1920 года в Риге были учреждены советские дипломатическое и торговое представительства.