Должен сознаться, что, не имея опыта работы в профсоюзах, я не очень глубоко вникал в сущность полемики, а публиковавшиеся в «Правде» материалы рассматривал как обычную предсъездовскую дискуссию. Во всяком случае она —даже при наличии казавшихся мне излишними резкостей — не вызывала ни у меня, ни в нашей низовой партийной организации беспокойства.

И вдруг 21 января, наряду с другими дискуссионными материалами, в «Правде» появляется ленинская статья под тревожным заголовком: «Кризис партии».

Ленин предупреждал о серьезной угрозе, нависшей над партией.

«Надо иметь мужество смотреть прямо в лицо горькой истине. Партия больна. Партию треплет лихорадка. Весь вопрос в том, захватила ли болезнь только «лихорадящие верхи», да и то может быть исключительно московские, или болезнью охвачен весь организм. И в последнем случае, способен ли этот организм в несколько недель (до партсъезда и на партсъезде) излечиться полностью и сделать повторение болезни невозможным или болезнь станет затяжной и опасной».

Из статьи я узнал, что дискуссия началась еще в ноябре 1920 года, когда на V Всероссийской конференции профсоюзов Троцкий заступил с авантюристическим предложением о «перетряхивании» профсоюзов, что дискуссия затем перекинулась

в ЦК и на VIII съезд Советов и привела к появлению групповых платформ и зародышей оппозиционных фракций, в том числе опаснейшего синдикалистского уклона, означающего, по выражению Ленина, полный разрыв с коммунизмом.

Разоблачив политическую несостоятельность оппозиционных платформ и призвав партию к борьбе с идейным разбродом и нездоровыми элементами оппозиции, Владимир Ильич выразил уверенность, что партия преодолеет кризис и «не ослабнет, а окрепнет к мартовскому X съезду РКП и после него».