Нам отвечали, что решением Центрального Правительства с нюня 1919 года вооруженные силы всех советских республик, в том числе и Украины, сливаются в единую армию и что наша дивизия перестает быть исключением и должна подчиняться общим порядкам и общедивизионной структуре.

А пока, впредь до приказа, если хотите выпускать газету, доставайте бумагу сами.

Так без бумаги мы и прибыли в Полтаву.

Из Полтавы нашу дивизию перебросили в Тамбовскую губернию, в резерв левого, Донского, фланга Южного фронта.

Переброска шла долго и сложно — в обход Харькова, захваченного к этому времени деникинскими частями. На преодоление расстояния от Полтавы до Кирсанова, через Бахмач, Курск, Тамбов, ушло около двух недель.

В Кирсанове дивизию выгрузили из вагонов и расквартировали в городе и ближайших селах. Обнаружилась значительная утечка личного состава: зараженные махновскими настроениями, солдаты-украинцы отставали от эшелонов и убегали домой («Зачем воевать в России, а кто будет защищать наши хаты?!»). Дезертировала часть мобилизованных в Киеве офицеров. Командование сменило комиссара и начальника политотдела дивизии, пополнило командный состав. Был дан приказ приступить к усиленным строевым и политическим занятиям.

Новый комиссар достал газетной бумаги, и с 13 июля газета «Красный стрелок» начала регулярно выходить три раза в неделю. У меня сохранились двадцать пять номеров газеты, они заменили мне страницы утерянных дневников того времени.

Листаю пожелтевшие газетные полосы. В них отпечаток событий, мыслей, чувств, которыми жили в ту пору страна, армия, дивизия.

К лету 1919 года был достигнут прочный перелом на колчаковском фронте и основная опасность переместилась на юг европейской части страны.