По площади и расположению комнат особняк вполне подходил для наших целей. И, не раздумывая долго, мы — я и мой помощник но ДонРОСТА Петя Семенов — решили обосноваться здесь.

Не встретилось затруднений и с набором технических сотрудников. В Ростове скопилось много безработного служилого люда, и уже через три дня приступили к работе комендант, завхоз, бухгалтер, машинистки и курьеры.

Я опасался осложнений с укомплектованием литературно-редакционной части. Помня о недавнем саботаже старых газетчиков в Петрограде, Москве, Киеве, можно было ждать бойкота и здесь. Тем паче что Ростов продолжал оставаться прифронтовым городом: в нескольких километрах от центра, по ту сторону Дона, прочно держали оборону крупные силы деникинцев. Они ежедневно напоминали о себе артиллерийскими налетами.

Однако опасения оказались напрасными. Вера в победу Деникина среди буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции была в корне подорвана, и журналисты стали быстро перестраиваться. Уже в день объявления в «Советском Доне» о наборе сотрудников для ДонРОСТА с предложением услуг явились десятки газетчиков. В большинстве это были московские, петроградские и харьковские журналисты с многолетним стажем работы в печати.

В разное время и по разным причинам очутившись в Ростове, они при белых перебивались с хлеба на квас. Служили на второстепенных должностях, пробавлялись случайными гонорарами в «Приазовском крае» и других газетах, многие просто голодали.

Так как до того они не работали в советских изданиях и не имели рекомендаций, приходилось отбирать по случайным данным: по справкам дореволюционных редакций, автобиографическим рассказам, по личным впечатлениям — «на глазок». Если человек казался заслуживающим доверия, а в Ревкоме не было сведений об активной антисоветской деятельности, его зачисляли в штат.