В выданном мне па следующий день мандате было написано:

«Настоящим Политический отдел Первой Конной армии поручает пнструктору-организатору культпросвета т. Н. А. Лебедеву привести в порядок все материалы и имущество, оставшиеся после добровольческого отдела пропаганды.

Кроме того, ему поручается принять меры к организации местного отделения РОСТА.

Все военные и гражданские организации должны оказывать т. Лебедеву всемерное содействие при выполнении возложенных на него обязанностей».

Я начал с деникинского отдела пропаганды—освага.

Он размещался в центре Ростова на Большой Садовой (ныне ул. Энгельса) в многоэтажном здании, в ста, а может быть, и более комнатах.

В здании я обнаружил поломанную и порубленную мебель, разбросанные и рассыпанные бумаги, книги, плакаты, недоупа- кованные ящики с литературой, денежными ведомостями, разлитые по полу чернила, клей, лужи воды.

На складах — штабеля книг, брошюр, листовок.

В нескольких смежных комнатах, видимо, бывшем киноотделе, горы круглых железных коробок и километры спутанных целлулоидных лент.

И ни единого человека!

Только в подвале удалось отыскать старого больного дворника, который и объяснил в чем дело.

Осваг эвакуировался спешно, в полном беспорядке, хватали,

что можно унести, остальное громили. К тому же, первые дни по освобождении города в здании квартировала воинская часть, не очень деликатничавшая с остатками деникинского добра.

Вместе с рекомендованным мне в редакции «Советского Дона» студентом Петей Семеновым я несколько раз обошел все комнаты, пытаясь понять, что же представляло собой это учреждение.

Каких только отделов и подотделов не обнаружили мы}

Отдел информации: внутренней, иностранной, «по Совдепии», бюллетень для ростовских газет, бюллетень для периферийной печати, бюллетень для служебного пользования.