Запомнились несколько опытных и талантливых журналистов,

в первые же недели зарекомендовавших себя с самой лучшей стороны. Среди них — бывший заведующий информацией московской газеты «Русское слово» Ипполитов; бывший редактор эсеровской газеты «Дело народа» Дроботов; поэт-«сатириконец» ДАктиль; другой «сатириконец», в будущем видный «крокоди- лец» — художник Константин Ротов; начинающий журналист, в будущем известный театральный и кинодраматург И. Прут и некоторые другие.

Уже через неделю удалось наладить выпуск информационного бюллетеня для прессы, еще через неделю — издание ежедневной печатной стенной газеты «ДонРОСТА» чуть позже — агитационных плакатов «Окна ДонРОСТА».

Помню только один юмористический случай. В своих карикатурах Ротов любил изображать «международную буржуазию» в виде упитанной полногрудной дамы с большим декольте. Порой «буржуазия» выглядела столь соблазнительной, что скорей привлекала, чем отталкивала зрителя. Однажды, указав на этот эмоциональный «перекос», я попросил Ротова чуть «приодеть» даму. Недовольный замечанием художник, пробормотав что-то, декольте убрал. Но на другой день принес в редакцию шарж уже на меня. На сохранившемся по сей день карандашном наброске изображены падающая в обморок пышная дама, я, закрывающий ее носовым платком, а также Ротов и другие художники ДонРОСТА, «возмущенные» произволом молодого редактора.

В феврале 1917 года член Русского бюро ЦК и член Петербургского комитета большевиков. Делегат Апрельской конференции и

VI   съезда партии. В первые годы революции — член коллегии и заместитель наркома почт и телеграфов.

Информированный Гиллерсоном о выполняемом мною задании, В. Н. Залежский предложил до прибытия из Москвы постоянного уполномоченного РОСТА продолжать заниматься Донским отделением, обещав не загружать другими делами.

Между тем положение на Кавказском фронте, особенно на ближайших к Ростову участках, серьезно осложнилось.