Мы снова попали в войну,— говорил В. И. Ленин на объединенном заседании ВЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профсоюзов Москвы, — мы находимся в войне, и судьба революции решится исходом этой войны. Это должно стать первым и последним словом нашей агитации, всей нашей политической, революционной и преобразовательной деятельности. На каргу поставлены все завоевания рабочих и крестьян.

Московская общегородская партийная конференция приняла решение мобилизовать пятую часть всех коммунистов Москвы на Восточный фронт.

Примеру Москвы последовали парторганизации многих других губерний.

В армию были направлены десятки тысяч коммунистов.

В эти дни оформил свое членство в партии и я. Слово «оформил» я употребил не случайно. Еще с осени 1917 года я считал себя большевиком: разделял позиции партии по основным вопросам, приветствовал Октябрьскую революцию, по путевке большевистской студенческой организации начал работать в Смольном.

Но в бурные послеоктябрьские месяцы многие районные и местные парторганизации только создавались, выдача билетов и прием членских взносов не везде были налажены, и принадлежность к партии подтверждалась не столько документами, сколько делами.

Не случайно и по сей день, свыше полувека спустя, после огромной работы по изучению партийных архивов, нет точной цифры численности партии к VII съезду РКП (б) (март 1918 г.). По разным данным эта цифра колеблется от 300 до 400 тысяч.

Из-за нехватки бланков партбилетов во многих организациях их заменяли справками, выписками из протоколов, временными удостоверениями. Для меня таким временным документом была копия путевки Петроградской студенческой организации. Я считал себя большевиком, но формально, по уставу оставался вне партии.