—    Дело идет к мировой революции, следовательно, скоро конец капитализму, а вместе с ним и войнам. Кому же тогда понадобятся офицеры?! Допускаю, что некоторое время еще придется повоевать. Видимо, на какой-то срок нужны и армия, нужны и военные специалисты. Но я лично никогда бы не посвятил себя этой профессии.

—    А я, напротив,— решительно возразил собеседник,— люблю военное искусство. И не представляю себе иного занятия.

—    Но ведь эта профессия без будущего,— настаивал я.

—    Решительно с вами не согласен,— спокойно ответил офицер.— Революция только начинается. И еще неизвестно, когда она кончится. Революции требуются полководцы. И чем масштабней революция, тем более крупные. Недаром Великая французская революция выдвинула столько талантливых полководцев.

Тут появился Швер, и, хотя разговор меня очень заинтересовал, я распростился с собеседником.

—    Не знаешь, кто такой? — спросил я редактора.

—    Вчера мельком видел его у Варейкнса. Гвардейский офицер из Москвы. Тухачевский. Назначается командующим 1-й армией.

Тухачевский! Тогда, в Симбирске, это имя мне ни о чем не говорило.

Но уже через год-полтора оно стало известно всей стране. Это он громил белочешские и белогвардейские части на востоке. Это он в феврале-апреле 1920 года, командуя войсками Кавказского фронта, принимал активнейшее участие в разгроме Деникина. В апреле 1920 года, когда войска Пилсудского предательски вторглись на Украину и в Белоруссию, Советское правительство назначило молодого полководца командующим войсками Западного фронта. Позже он руководил ликвидацией кронштадтского и антоновского мятежей, участвовал в реорганизации Краской Армии, а впоследствии стал заместителем наркома обороны.

После Симбирска мне больше не довелось встречаться с Тухачевским.