Еще недавно гордившееся тем, что гарантирует полную свободу торговли и неприкосновенность частной собственности, вдруг переходит к методам репрессий: опечатывает банкирские и меняльные конторы, арестует сотни спекулянтов, конфискует ценности. Но это не спасает меньшевистскую республику от жесточайшего экономического и политического кризиса.

Рост дороговизны вызывает недовольство трудящихся. Несмотря на преследование коммунистов, крупнейшие профсоюзы переходят под влияние партии большевиков. Растут большевистские настроения и в грузинской деревне, где огромную роль играют бывшие солдаты-фронтовики, вернувшиеся в 1918—1919 годах из России и агитировавшие за установление Советской власти.

В ряде районов республики дело доходит до вооруженных выступлений, принимающих широкий размах. Для подавления восстания в южной Осетии меньшевистскому правительству пришлось пустить в ход крупные карательные отряды с артиллерией. Были разгромлены и сожжены многие селения. Спасаясь от зверств карателей, 20 000 крестьян бежало в северную, советскую Осетию.

Сведения о вооруженных вспышках поступали из Аджарии, Абхазии.

В ответ на революционные выступления правительство усилило репрессии против коммунистов: их бросают в тюрьмы, высылают за пределы республики.

Меньшевистская Грузия беззастенчиво нарушала свои международные обязательства. Вместо лояльного выполнения русско-грузинского договора и поддержания добрососедских отношений с РСФСР и Советским Азербайджаном, правительство Жорданпя делает основную ставку на политическую и военную помощь со стороны Антанты. Оно раболепствует перед обосновавшимися в Тифлисе английской, французской, американской миссиями, раздает капиталистам этих стран концессии, поддерживает тайные дипломатические и торговые отношения с Врангелем.