Для творческой молодежи Москвы это был подлинный университет культуры.

Огромную роль РОСТА в становлении и совершенствовании молодой советской печати принуждены были признавать даже люди, далекие от симпатии к нашей революции.

Так, английский публицист Фрэнсис Мак-Калох в своей книге со специфическим названием «В плену у красных» писал:

«Это безусловно поразительнейшее учреждение в мире. РОСТА— наследница старого Петербургского телеграфного агентства — организации, подобной Рейтеровской, превратилась теперь в огромную гениально построенную машину для большевизации России».

И, описав структуру и методы работы РОСТА, заключил:

«Идея, организация и управление РОСТА превосходны с технической точки зрения. Переход всей печати под его опеку дает самым маленьким газетам отдаленных уголков России возможность печатать отличные статьи и обзоры, употреблять изысканные заголовки и выпускать ошеломляющие бюллетени».

Историкам советской печати давно пора заняться исследованием многогранной деятельности РОСТА в годы гражданской войны как одной из ярчайших страниц становления советской печати.

Штудирование керженцевской «Газеты», изучение методов и приемов работы РОСТА я рассматривал не только как способ повышения своей журналистской квалификации, но и как подготовку к выполнению обязанностей руководителя Бюро РОСТА на агитпоезде «Красный Восток».

Но, к моему великому огорчению, формирование поезда безбожно затянулось. На собрании коммунистов, включенных в состав Политотдела, Я. Буров не мог сказать ничего утешительного: «Не хочу обманывать, может быть, будет готов через три недели, а может быть, и через два месяца».

Мне наскучило ждать. И хотя я принимал участие в оборудовании поездной типографии и подборе сотрудников Бюро и газеты, большую часть дня я был свободен.