В Англии сильно выросла ее столица Лондон, во много раз превосходящая величиной и населенностью все остальные города страны, среди которых особенно разрослись Глазго и Ливерпуль. В Германии уже за последние десятилетия чрезвычайно резко увеличилось население Берлина, в меньшей степени Гамбурга. Соответственно вырастал Париж и несколько менее интенсивно — Вена.

Развитие этих городов шло с известной постепенностью, но, конечно, определялось не столько естественным приростом населения, сколько механическим оседанием пришлого населения. Подобно тому как магнит притягивает железные опилки, столицы постоянно влекут к себе людей, связывающихся с городом, оседающих в нем или близ него.

До определенного момента рост численности населения может идти не только за счет расширения площади города, но также путем увеличения плотности населения. Дома города растут ввысь, жилая площадь их увеличивается. Далее наступает момент, когда прирост населения сначала центральных, а потом и окраинных кварталов прекращается. Так например, почти не возрастает число жителей Парижа в черте города; лишь очень слабое увеличение аналогичной цифры за последние 30 лет намечается в Лондоне.

Это не значит, конечно, что Париж и Лондон перестали расти; процесс продолжается, но он идет иными путями. Из чрезмерно уплотненной столицы многие ее жители переезжают в пригороды. Здесь же оседают и волны новых людей, приходящих из страны и связывающихся с ее центром.

Пригороды быстро растут, заселяются, органически сливаются с городом, хотя формально иной раз считаются находящимися за его чертой.

При этой новой структуре плотность населения  уменьшается, хотя город в целом растет и население его увеличивается.

Вместе с тем происходит процесс все большего обособления центральных городских кварталов, превращающихся р. кварталы исключительно деловые, связанные с деятельностью государственных учреждений, байков, управлений крупных предприятий и разного рода контор.