Согласно описаниям современников, в Андреевском зале «особенно видна идея единства русской народности, православия и самодержавия. Здесь вся Русь, все ее представители окружают трон своего монарха как верные его подданные, как его дети».

Так как Александровский и Андреевский залы теперь восстановлены, мы можем — редкий случай в нашей серии — описать их не в прошедшем времени.

Александровский зал украшен шестью живописными картинами работы профессора Миллера — единственными подлинниками, сохранившимися от старого зала. Они изображают главные события жизни Александра Невского — от Невской битвы до отказа поклониться идолам в Золотой Орде.

Зал можно сравнить с крестово-купольным храмом, где вместо иконостаса — портал, ведущий в Андреевский зал, с троном-алтарем в перспективе. Вместо привычных в церквах изображений евангелистов на подкупольных парусах помещены гербы Российской империи — двуглавые орлы. «Храмо- подобность» залов Большого Кремлевского дворца отмечают и историки архитектуры: она способствовала сакрализации державно-государственных ценностей, выражавшихся в архитектуре здания. Е.И. Кириченко видит в их архитектуре «соединение классической и неклассической традиций — древнеримской имперской и религиозной христианской», что можно трактовать «как еще одно выражение главной идеи — Москва — Третий Рим, где православие и самодержавие, христианский и имперский аспекты выступают в нераздельном единстве». Убранство Александровского зала соответствует темно-розовым тонам орденской ленты Стены его украшает золоченая арматура, изображающая старинное оружие славян.

Приведем отрывок старинного описания: «Вся зала словно высечена из розового мрамора и сверху донизу осыпана золотом, отражающихся в самих стенах, зеркалах и дорогих паркетах. Серебряные Александровские звезды видны на плафоне и собираются, наконец, в поясе купола, образуя на беломраморном фоне его великолепный блестящий венец. И весь этот мрамор, и это золото ярко освещаются светом, падающим из двух ярусов окон, и отражаются в других, зеркальных окнах. Вечером, когда зажгутся сотни огней в люстрах, эффект отражения делается неописанным».