Это образ жизни. И, следовательно, тоже старинная московская традиция. Вы за традиции? Так нате ж — мы их и возрождаем.

Все это с виду похоже на правду. Да и как иначе может быть в городе, которому тысяча лет? Конечно же, в нем будут соседствовать разностильные памятники разных эпох. Конечно же, он растет, развивается, страдает от стихийных бедствий, отстраивается.

Вот только как быть с бедствиями, которые стихийными не были?

Вид храма Христа Спасителя в Москве. Литография 1867 г.

Источник: Кириченко Е.И. Храм Христа Спасителя в Москве. М., 1992.

Перемены, естественно, заметны, когда есть что с чем сравнить. Образ Москвы наших дней отличается от образа прежних дней. Но образы отличаются, потому что некогда были созданы градостроителями и зафиксированы общественным сознанием.

Не станем углубляться в глубокую древность, от которой не сохранилось ни фотографий, ни хотя бы гравюр. В XVIII — начале XX века достоверных изобразительных источников уже достаточно, и можно проследить за трансформацией образа города.

Москва первой половины XVIII века — еще почти средневековый город, окруженный крепостными стенами, валами и рвами. В застройке «города храмов и палат» выделяются, однако, «новинки»: храмы «триумфальной» и «европейской»

архитектуры (Меншикова башня, церковь Иоанна Воина на Якиманке и т.п.) и светские общественные здания опять-таки европеизированной архитектуры, которые начинают претендовать на соразмерную с храмами роль (Монетный двор, Земский приказ, Арсенал, Сухарева башня, различные триумфальные ворота).

Москву эпохи высокого классицизма исследователи сравнивают с грандиозной дворянской усадьбой, где, как в гигантском пейзажном парке, расставлены своеобразные «павильоны» — те самые общественные здания, которые выходят теперь на первый план (Сенат, Университет, Дом Пашкова, Благородное собрание, Петровский театр, несколько десятков импозантных дворянских дворцов). Портики и полуциркульные купола, символы торжества разума, упорядоченности и гармонии, выделяются среди колоколен.