В приложении к книге помещены три очерка об утраченных храмах московских оружейных слобод. Строго говоря, эти церкви не являются воинскими храмами. Но автор все же решил воздать должное их памяти. Этого, пожалуй, требует историческая справедливость: московские оружейники делали одно общее дело с жителями соседних военных слобод — обеспечивали безопасность и независимость Отечества, а в трудную годину и сами шли в бой с ими же созданным оружием.

При работе над книгой автором изучено большое количество литературных и архивных материалов. Как и в предыдущих книгах серии, автор с благодарностью опирается на труды наиболее авторитетных исследователей разрушения памятников отечественной истории и архитектуры в XX столетии — С.К. Романюка и В.Ф. Козлова. Подробный список литературных источников, использованных автором, читатель обнаружит в конце книги.

Ах, как у нашего времени норов суров!

Дня не пройдет, чтоб какой-нибудь дом не разрушить.

Александр Городннцкий

Былое нельзя воротить И печалиться не о чем.

Для каждой эпохи свои подрастают леса.

Булат Окуджава

Анализ характера и причин катастрофы, постигшей культурное наследие России в XX веке и, к сожалению, продолжающейся до наших дней, был дан автором во вступительных главах к первым четырем книгам серии «Москва, которую мы потеряли». Не повторяя высказанного ранее, обобщим основные выводы.

XX век стал первым в истории России периодом сознательного уничтожения ее культурно-исторического наследия, в том числе и воинских мемориалов. К «обычным» факторам, угрожающим памятникам старины — бескультурью властей и граждан, экономическим проблемам, военным действиям и стихийным бедствиям, — добавились новые: политические императивы и взаимосвязанный с ними культ творчества, безжалостного к традициям — от политических до архитектурно-градостроительных. Классовая борьба сразу после Октября 1917 года была перенесена в сферу искусств. Россия и ее граждане стали осознаваться как расходный строительный материал и источник ресурсов для строительства невиданного «общества будущего». Историческая Россия и историческая Москва оказались в положении «пережитков прошлого», от которых необходимо было избавиться.