Пропагандисты не унимались. «Еще не так давно, — писал советский историк Москвы П. Лопатин, — здесь стояло грузное нелепое здание храма Христа Спасителя. Как громадная чернильница с блестящей золотой крышкой купола, высилось оно над Москвой-рекой». «Грузный и безвкусный храм», — вторит издание Академии Архитектуры СССР (1947).

Московский взрыв 1931 года стал сигнальным для многочисленных провинциальных начальников и борцов с «проклятым прошлым». И загремели взрывы по всей стране, и десятки российских городов лишились своих кафедральных соборов.

А в Москве началась эпопея со строительством Дворца Советов, но это уже предмет других книг. Результат известен. Храм снесли. Дворец не построили Символ России в результате был заменен общественным бассейном «Москва». Что символизировал бассейн? О чем думали купальщики, плававшие на месте мемориала Отечественной войны? Бог с ними, с этими вопросами. Они уже из прошлой жизни.

Газета «Правда» проводила храм Христа Спасителя новыми стихами Демьяна Бедного: «Дошло. Дерзнул безбожный бич:/ Христа Спасителя в кирпич!/ Земля шатнулася от гула,/ Москва и глазом не моргнула».

15 декабря 1931 года писатель М.М. Пришвин записал в дневнике: «Храм Христа Спасителя взорвали, и остались груды камней, а на прежней высоте креста в воздухе вьется много птиц, бывших жителей храма, и как будто все надеются, что явится опять их насиженное место». О ком это сказано на самом деле? О птицах? О людях?

В конце 1980-х годов в недрах Всероссийского общества охраны памятников появились инициативные группы восстановления храма Христа Спасителя. В 1989 году был создан общественный фонд восстановления храма Христа Спасителя. В печати был опубликован элегический проект его воссоздания, сделанный художником Юрием Селиверстовым. Он предлагал воспроизвести с помощью металлических конструкций объемные очертания стен и куполов, установив в алтарной части часовню для богослужений. Проект Селиверстова, конечно же, не бесспорный, предполагал воссоздание не тела, а образа храма, его духовной, а не земной сущности, по сути, это прорись его иконы.