(Следует подчеркнуть, что Витберг хотел увековечить имена всех погибших за Отечество, от полководцев до рядовых; в осуществленном храме по проекту7 К Тона были плиты только с именами офицеров.) Наружную, обращенную к Москве- реке стену нижнего храма должны были украсить барельефы с изображением побед 1812 года и доски с текстами «важнейших реляций и манифестов» (это тоже использовано в храме Тона). Над нижним храмом помещался храм Преображения, а над ним — верхний, во имя Воскресения Христова.

По замыслу Витберга, одновременно храм должен был символизировать и идею о трех сущностях человека: теле, душе и духе. Нижний подземный храм, в форме гроба, соответствовал телу человеческому, обреченному на страдание и смерть. Второй храм, в форме равноконечного креста, — душе с ее заботами, муками и беспокойством. Верхний круглый храм — храм духа и неомраченного покоя.

Впоследствии, в воспоминаниях, Витберг так объяснял свой замысел: «Я понимал, что этот храм должен быть величествен и колоссален, перевесить, наконец, славу храма Петра в Риме. Надлежало, чтобы каждый камень и все вместе были говорящими идеями религии Христа, основанными на ней, во всей чистоте нашего века; словом, чтобы это была не груда камней, искусным образом расположенная, не храм вообще, но христианская фраза, текст христианский. Но каков же храм чисто христианский? «Вы есте храм Божий и Святой Дух в вас обитает». И следовательно, из самой души человека надлежало извлечь устройство храма».

Император Александр, изучив проект Витберга и выслушав его долгий прочувствованный объяснительный рассказ, сказал архитектору: «Вы отгадали мое желание, удовлетворили моей мысли об этом храме. Я желал, чтоб он был не одна куча камней, как обыкновенные здания, но был бы одушевлен какой-либо религиозной идеею; но я никак не ожидал получить какое-либо удовлетворение, не ждал, чтоб кто-либо был одушевлен ею. И вот я рассматривал до 20 проектов, в числе которых есть весьма хорошие, но все вещи самые обыкновенные Вы же заставили камни говорить».