Ярусная гармоничная композиция, четкий ритм огромных открытых арок, великолепный, почти скульптурный белокаменный декор «нарышкинского» стиля на контрастном фоне краснокирпичных стен — все это делало Сухареву башню выдающимся памятником архитектуры, знаменитым на всю Россию символом Москвы. В древнюю столицу приезжали специально, чтобы посмотреть на Сухареву башню. Вне Москвы в XVIII столетии появились здания, по мнению специалистов, развивавшие «архитектурную тему» Сухаревой башни: Адмиралтейство и Кунсткамера в Петербурге, а также малоизвестная церковь-колокольня Распятского монастыря в Серпухове (1719).

«Сквозь мглу распахивались нам // Объятья Сухаревой башни, // Простертые, как Нотр-Дам», — скажет Пастернак в «Высокой болезни». О том, какой след оставила Сухарева башня

в русской культуре, можно написать отдельный очерк. Башня как бы воплощала в отечественном общественном сознании «повсеместный и всегдашний русский склад и русский дух — начать от Сухаревой башни и кончить сплетнями старух». Народ складывал о ней легенды — например, такую: осенью 1812 года, за день до вступления французов в Москву, ястреб со связанными ногами якобы зацепился за венчавшего башню «гербового» орла, не смог вырваться и издох, что было предвестием печального конца Наполеона. У Сухаревой башни, кстати, мимолетно встречаются в тот же день в романе «Война и мир» Пьер Безухов и Наташа Ростова.

Башне посвящали стихотворные строки поэты А.Д. Кантемир, Е.Л. Милькеев; поэт МА Дмитриев и историк П.П. Свиньин написали о ней очерки. Дмитриев написал и стихи: «Что за чудная, право — эта зеленая башня! // Высока и тонка». Известен отзыв знаменитого зодчего Баженова: «Хороши готические здания Сухаревой башни».

Замечательно сказал о Сухаревой башне в «панораме Москвы» М.Ю. Лермонтов: «Возвышается четвероугольная, сизая фантастическая громада — Сухарева башня. Она гордо взирает на окрестности, будто знает, что имя Петра начертано на ее мшистом челе! Ее мрачная физиономия, ее гигантские размеры, ее решительные формы, все хранит отпечаток другого века, отпечаток той грозной власти, которой ничто не могло противиться». Слова Лермонтова словно иллюстрирует полотно А.К. Саврасова «Сухарева башня» (1872): одинокая и неприступная, словно пришелец из другого мира, башня возвышается над низенькими домами старой Москвы.