Газеты отмечали, что приют в доме Коншиной не уступал самым обустроенным московским военным госпиталям и демонетрировал «отпечаток нарочитой хозяйственной солидности и прочности; в нем все было предусмотрено до трогательных мелочей». Спустя три недели после смерти хозяйки по соседству заложено было новое здание больницы для раненых, земельный участок для которого А.И. Коншина купила в первые дни войны. 12 декабря 1914 года император Николай II, находясь в Москве, посетил с утра Алексеевское военное училище, три кадетских корпуса, а затем поехал со свитой в коншинский приют для раненых на Большой Якиманке.

А 14 июня 1915 года неподалеку от санатория Коншиной в Истоминском проезде, по другую сторону Петербургского шоссе, было заложено новое здание убежища для увечных воинов, построенное на завещанные А.И. Коншиной 150 тысяч рублей. Ново-Песковский переулок во Всехсвятском, который газеты того времени обозначают как адрес убежища, менял трассировку, давно исчез с карты Москвы, названия проездов здесь часто менялись — и определить точное место убежища Коншиной краеведам и историкам пока не удалось.

Тем не менее из газет точно известно, что 18 февраля 1917 года в новом убежище был освящен храм, а 19 февраля здесь служили литургию в присутствии великой княгини Елизаветы Федоровны.

Дальнейшее предугадать нетрудно. Через год грянула Февральская революция, затем — Октябрьская, больничные храмы были вскоре закрыты и переоборудованы. После Великой Отечественной войны во Всехсвятское пришла Большая Москва, с неизбежными перепланировкой и новой застройкой. И от храма в убежище А.И. Коншиной остались лишь упоминания в старых газетах.

P.S. В декабре 2006 года администрация областной психиатрической больницы на улице 8 Марта начала замену старинной деревянной ограды на безликий типовой забор из гофрированного железа. Я не знаю, как можно сколько-нибудь разумно объяснить такие действия взрослых и ответственных людей, как можно с легким сердцем уничтожать старинные, чудом сохранившиеся художественные вещи. Тут же выяснилось, что ограда, в проектировании которой принимали участие Федор Шехтель и Михаил Врубель, не состоит на охранном учете.