В залах музея проходили выставки: среднеазиатская, японская, французская, выставки частных коллекций, произведений отдельных художников и их объединений.

К началу века в музее все больше становилось сотрудников и помощников, рос их опыт и авторитет, но до конца дней Забелин оставался в центре музейной жизни. В конце 1890-х гг. заметно меняется почерк Забелина, он с грустью перечисляет покойных друзей и знакомых. Говоря о старости, мудро рассматривает ее как восхождение на ступени жизненной горы, откуда видно многое, что нельзя было видеть раньше.

Дневники Забелина, несмотря на нерегулярность их заполнения, отразили сложный путь, который прошли его современники из поколения романтиков 1840-х гг. через эпоху Великих реформ до 1-й русской революции. В дневниках предстает личность ученого, создавшего уникальные труды по истории быта России, образа жизни ее народа, человека, обладавшего «чувством семейного очага, родной страны, чувством племенного народного эгоизма, себялюбия, чувством своей жизни, своей истории, географии»7.

Настоящая публикация является первым изданием дневниковых записей И.Е. Забелина, она охватывает последний период жизни выдающегося русского историка (1894 — 1908), тексты приводятся целиком — без купюр и сокращений.

1894 г. 7 января, пятница. Заключительный вечер после трех заседаний Приготовительного комитета X Археологического съезда в Риге, в 1896 г. У графини Уваровой. Собираться к 9 часам. Ничего не зная, пошел в сюртуке. Прихожу. Все во фраках. Вижу, великий князь сидит2. Этого я не ожидал. Поклонился. Он поздоровался, подавши руку. Я сел у двери против молодых графинь1 и стал вслушиваться в их разговор с Кочубинским и Успенским5. У великого князя сидела графиня, Павлов А.С. и Всеволод Миллер. О чем- то говорили. Прошло полчаса и боле. Я глядел в толпу и не видел, как великий князь подсел к молодой графине и ко мне. Оглядываюсь — он уже сидит. Говорил с графиней по-французски. Потом обратился ко мне с вопросами. Не приобрел ли чего нового. И пошел разговор о портрете

Елизаветы в мужском костюме и других ее портретах. Говорил, что их много в Петергофском дворце.