Въезжали в его обширный двор, Лобачев цену сбивал до крайностей, а если видел, что мужички не пойдут на его условия и уедут продавать в иное место, запирал ворота и уходил, возвращаясь вечером, когда за поздним временем поневоле продавали своих рябчиков и глухарей по низкой цене, лишь бы кончить дело.

В старых домишках Москвы, обычно в какой-то щели, торговали старым железом. Эти старьевщики ходили по домам, покупая всякий железный, металлический и вообще хлам. Частенько в такой лавке можно было найти сколько угодно железа и какого угодно, так как торговцы являлись и скупщиками ворованного и перепродавцами и грязная полутемная лавчонка в большинстве случаев бывала только биржевым пунктом. Нередко эти старьевщики, торговавшие старым железом и тряпками и занимавшиеся ростовщичеством, заметно округляли свои капиталы. В частности, бывший тряпичник Грачев стал владельцем домов и дачи на Воробьевых горах, Д.А. Соскин из скупщиков тряпья сделался крупнейшим торговцем шерстью. Дом его на Бутырках, в русском стиле, строил архитектор Ф.Ф. Горностаев.

К этому же типу принадлежал и купец Н.С. Филатов. Прижимистый, обдиравший всех и вся, ростовщик, он стал крупным торговцем электрическими приборами, владельцем огромного дома на Арбате. Во время войны в 1914—1915 годах Филатов купил эвакуированный из Риги завод «Этна», устроил его около Нижнего Новгорода и, выделывая гвозди, усиленно конкурировал с такими спецами этого дела, как Кольчугин и Носенков.

Огромные деньги  были увеличены еще всяким интендантским воровством. В 1917 году Филатов вздумал удрать за границу, но был захвачен в Кисловодске.

В.О. Красавин был торговцем водопроводными частями, электрическим, москательным и металлическим товаром. Филатов и Красавин держали в своих руках весь рынок подобных товаров. Красавин отличался скупостью. Приезжая в Петербург, долго ходил по дешевым номерам, отыскивая себе номер не дороже

1 рубля 50 копеек. С шайкой железнодорожников Красавин воровал свои же грузы, а затем взыскивал их стоимость с железных дорог. За все проделки Красавин попал-таки в тюрьму.

Купечество всегда любило совершать свои сделки в трактирах. Мелкие торговцы шли в небольшие рестораны, крупные — в первоклассные.