Рабочие отказываются платить штраф, полиция требует увольнения их или составляет протоколы о их несостоятельности, и штраф заменяется арестом; из этого вытекают уже два наказания: рабочий сидит, у него вычитаются дни ареста из жалованья, а у нас стоят лошади без рабочих, отчего мы несем убыток или приходится за свой счет платить штраф, следовательно, наказание не достигает цели, так как рабочие виновные остаются в стороне. Вследствие сего покорнейше просим ходатайствовать Ваше Сиятельство: 1) если нельзя разрешить ездить рабочим одному на двух лошадях, как прежде, в течение всего года, то хотя шесть месяцев, т.е. с 1 мая по 1 ноября; 2) упорядочить записку значков действительно только виновных и при записи внушать им, чтобы они знали свою вину; 3) дать возможность рабочим, если он считает себя правым, оправдаться.

г. Москва. Марта 1-го дня 1901 г.

[Из заключения Комиссии по составлению обязательных постановлений:

Еще в докладе Комиссии № 40, от 5     марта 1896 г., на основании имевшегося в распоряжении Комиссии статистического материала было выяснено, что в Москве разница между числом ломовых лошадей и числом рабочих при них составляет не менее 5000. Таким образом, введение действующего ныне порядка, основанного на обязательном постановлении, опубликованном 27 марта 1898 г., было равносильно требованию об увеличении в столице числа рабочих при ломовых лошадях сразу на несколько тысяч человек. Годовая цена рабочего этого рода составляет, как известно, 180—200 рублей. Практика жизни ответила на такое требование в одних случаях тем, что часть лошадей стала стоять без работы, отчего спрос на ломовых лошадей не находил себе соответствующего удовлетворения [.] При существовавшем в то же время усилении требований относительно вывозки снега и при ограниченном числе снеговых свалок вышеозначенные обстоятельства неизбежно повели к вздорожанию ломового извоза. Цена на вывозку воза снега поднялась за последние годы в 1 1/2— 2 раза; провозная цена вообще всех грузов возвысилась.