Я говорю, что счастливая мысль, здесь древнейшее поселение Москвы. Приглашены делать проекты Опекушин, Антокольский, Шервуд, еще какой-то молодой. Говорили о кремлевских раскопках. Нейдгардт сказал, что ведь ничего не нашли. Я говорю: «Пушки нашли и пр.

Потом пришел сын великого князя Алексея Александровича82, рекомендовался мне: граф Вельский.

1897 г. 18 февраля, вторник. В 3 и 1/4 часа прибыли великий князь и великая княгиня для осмотра Японской выставки83. Великий князь скучал, осматривая. Ничего любопытного, занимательного очень мало. Великая княгиня интересовалась несколько. Затем они зашли в наши кладовые, смотрели плиту надгробную, найденную в Хитровском переулке, Шапиловой 1593 (95) г. Великая княгиня смотрела рукопись Библии и пр. А я дал великому князю подписать благодарность Васильчикову за портреты, гравюры. Благодарил.

1897 г. Апреля 3-го, четверг. Были у великого князя. Дал отчеты и докладную записку о награде Орешникову. Об этом он сказал, что откажут. Упомянул, что о молотке-топорике произведено целое исследование, все раскрыто, как он переходил из рук в руки. «Знаете ли, за что купил его Иванов?»84 «Ну, скажите, — говорю, — 50 руб.». «Нет, 70 руб.». Разговаривать дальше было некогда, ибо толпа была в приемной.

Того же числа на акте в Румянцевском музее.

4    апреля, пятница. На лекции Иловайского. Вот угостил. Генерал Степанов сосчитал всего 80 человек. Больше всего военных генералов. Человек 10 статских, 15 барынь. Читал тяжело, вяло, не приготовил, принес большую тетрадь, сокращал, листовал. Выходила просто тоска. Навалил на Шенка85 всю вину. И, видимо, для того только, что приравнять его к Байеру86. Вот так пишется русская история. Ее напяливают на иноземную

рамку. В перерыв вышли покурить. Доложил великому князю, чтобы он разрешил на определение Харузина. Разрешил. Спросил, не получал ли музей какого-либо сообщения от Археологической комиссии. «Нет, — говорю, — да она и не может сделать нам никакого запроса». Я доложил, что мы недели две назад купили клад серебряный из той же Челябинской местности, причем продавец говорил, что топорик был и в Казани. «Да, да», — ответил великий князь.