Березовая резная арка, с резным окошечком, отделяла от столовой «Думку», на стене которой против арки висело большое синее полотно Рериха — «Заморские гости». Пол столовой — из цельных дубовых брусков. Над обеденным столом во всю длину висела на цепях дубовая резная лампа с фонариками на концах ее, цветными, светящимися гранеными стеклышками по длине лампы и центральным светом над срединой стола, где устроена клетка с освещаемым на стекле рисунком «Жар- птицы». Стену в гостиной занимал большой дубовый резной буфет. Дубовая резная дверь с писаным окошечком вела в небольшую комнатку Ляли, а темная дубовая ниша с красными стеклышками в глубине ее вела в нашу спальную. С площадки лестницы дверь вела в узкую «восточную» курительную комнату с цветным, за дубовой решеткой окном во двор, живописным пестрым купольным плафоном с арабским резным медным фонарем-лампой. На подоконнике широкого окна стояла вывезенная мною из Бухары азиатская медная утварь. В глубине комнаты темного дуба лестница со шкафчиком под ней вела на хоры кабинета. В общем, вся отделка первого и второго этажей с соединяющей их лестницей была интересно задумана и любовно выполнена под непосредственным руководством СВ. Малютина, проявившего не только массу вкуса, но и много практичности.

В.М. ВАСНЕЦОВ И СОЗДАНИЕ ФЕДОРОВСКОГО ГОРОДКА В ЦАРСКОМ СЕЛЕ

На долю В.М. Васнецова, ставшего символом русского национального искусства, выпала долгая и счастливая творческая жизнь. Создатель целого направления в религиозной живописи, основатель нового в русской исторической живописи былинносказочного жанра, он уже в начале XX в. становится признанным живым классиком. Его художественные прозрения 1880—90-х гг. предвосхитили и во многом заложили основы новорусского стиля1. «Это художник и большой! Десятки русских выдающихся художников берут свое начало из национального источника — таланта Виктора Васнецова».

Оставаясь в дальнейшем верным своему сложившемуся и глубоко осмысленному художественному методу, В.М. Васнецов не принял и негативно оценил новые течения в искусстве: «Я, как известно, человек Старой Руси, а Новая Русь  мне не по сердцу — это тоже своего рода духовное декадентство, захватившее и старцев, и мужей, и почти всех юношей до младенцев включительно!».