Средняя норма пребывания в тюрьме социалистов в 1918 году равнялась 3—4 месяцам, в 1919 году средняя поднялась до 8—9 месяцев. А в 1920   г. активные работники-социалисты сидят до сего времени, то есть полтора-два-три года. В марте 1919 года произошла десятидневная легализация партии эсеров. Эти дни широко были использованы партией для массовой агитации среди масс и печатно, и устно. Большевики в эти десять дней воочию убедились, как рискованно для диктатуры их партии допустить к массам социалистов. Тираж эсеровской газеты «Дело Народа» возрос до 100 ООО экземпляров, и все-таки рабочие районы жаловались, что газеты не хватает. Настроение митингов, собиравших по 1—2 тысячи человек, было явно на стороне социалистов-революционеров, никакие клакеры, сотнями посылаемые большевиками на эти митинги, не могли ничего поделать. Тогда всем свободам был положен быстро насильственный конец. На все партийные учреждения был произведен внезапный единовременный набег, газета закрыта, помещения московского комитета партии и его районов были разгромлены, имущество реквизировано и растащено. Множество народу арестовано. Бутырка вновь заполнилась социалистами, с тем чтобы с этого дня не оставлять стен каземата.

Потянулась длительная мучительная борьба за человеческие условия тюремного существования, и в этой борьбе переплетались старые, испытанные методы борьбы за защиту прав заключенных: протесты, обструкции, голодовки, самосожжения. Временами удавалось достигнуть сносных условий заключения. Но налетал ураган, заключенные социалисты подвергались раз- возам по провинциальным тюрьмам в условиях невыносимого человеческого существования. И борьба начиналась вновь.

В основу своей сыскной работы ЧК положила методы, которыми пользовалась старая охранка. ЧК детально изучала весь материал, относящийся к постановке сыска в это «доброе, старое время», и потому ее краеугольным камнем сделала провокацию.

Поставил на должную высоту, развил и усовершенствовал этот метод сыска уполномоченный по эсеровским делам следователь Кожевников. Бойкий и расторопный петроградский рабочий, с некоторым внешним лоском, в революционный период больше занимавшийся собой и обиванием невских тротуаров, Кожевников с захватом большевиками власти быстро создал себе карьеру и проявил достаточный организационный опыт.