Берут сразу по несколько сот человек, в громадном большинстве давно уже ни к чему не причастных.

«Мы делаем это для того, — цинично заявил Кожевников, — чтобы среди этих сотен людей на досуге выловить наиболее деятельных, и если попадутся пять-шесть человек, наша цель этими массовыми арестами достигнута».

В квартире почти каждого арестованного оставляется засада на семь-десять дней, и все приходящие в эту квартиру родные и знакомые арестовываются и препровождаются в тюрьму. Характерно, что при этом квартиры арестованных подвергаются часто настоящему разгрому. Так, у члена Центрального Комитета ПСР Евг. М. Ратнер разгромили квартиру и разворовали все до нитки в буквальном смысле этого слова. Растащены были не

только вещи, но и запасенные для ее малолетних детей продукты. У товарища ее по Центр. Комитету Д. Д. Донского был обыск в отсутствии как его, так и его жены, лежавшей в больнице, причем его костюмы, белье, сапоги — всё пропало. В ее комнате тоже расхитили всё, до последнего куска мыла.

Все заявления и Ратнер, и Донского, и на имя президиума, и на имя председателя президиума, и все личные заявления уполномоченному Кожевникову были гласом вопиющего в пустыне. Конфискация при обыске отдельных книг и целых библиотек — явление совершенно обычное и санкционированное официальными лицами из ЧК, заявлявшими: «Нам нужны книги для библиотек, мы их конфискуем». Так, например, были захвачены книги у соц.-рев. Шишкина, Гоца, у с.-д. Николаевского и др. Понятно, что каждый чекист, находящийся на ответственном посту, составил себе за счет арестованных солидные библиотеки.

Расхищают не только при обыске, но и после. Обычно комнаты заключенных запечатываются, но агенты ЧК благодаря своему служебному положению легко получают ордера на занятие запечатанных комнат, поселяются в них и забирают всё, что хотят. Так забраны вещи у члена Центрального Комитета ПСР Герштейна, у члена Московского комитета ПСР Артемьева, у члена партии Ю. Подбельского и т. д. Последний в декабре 1921 г. получил даже официальный документ: ответ от политического Красного Креста, что Кр. Крест не может исполнить его просьбу и доставить вещи из его комнаты, потому что она была занята агентом ЧК Фуше, который забрал и увез находившиеся в ней вещи.