Узнав о невозможности спасти республику, Катон потребовал, чтобы ему вернули спрятанный меч. «Неужели вы думаете силой удерживать в живых человека», — спросил он друзей. Получив меч, Катон удовлетворенно сказал: «Теперь я сам себе хозяин» — и закололся .

Умей умереть и в пороке и т. д. Убежденный в силе духовной связи, отец уверен, что воспоминание о нем удержит детей от зла. Если же сердце сына не дрогнет, значит зло победило. В таком случае лучше смерть, чем постыдная жизнь.

Вещавшу сие старцу — когда старец говорил это.

Веси, николи не утруждал — ведаешь, никогда не утруждал.

Доказательства его о ничтожестве власти родителей и т. д. Путешественник согласен с крестицким дворянином, что юноши должны уважать старцев, неопытные молодые люди — более мудрых, но узаконение беспредельной родительской власти бессмысленно, ибо связь поколений может основываться на любви и уважении, а не на корысти. «Если отец в сыне своем видит своего раба и власть свою ищет в законопфложении, если сын почитает отца наследия ради, то какое благо из того обществу? Или еще один невольник в прибавок ко многим другим, или змия за пазухой». Эти слова, опять-таки направленные против  «Наказа Управе благочиния», рассердили Екатерину и как автора данного «Наказа», и как мать, отстранившую сына от власти и видевшую в нем «змию за пазухой». Она разгневанно написала: «Тут паки упоминается о ничтожестве власти родителей над детьми, что противно закону христианскому и гражданскому. еще более распространяет сей незаконный толк и суще развратный и уважения никакого не видно тут к закону божию и гражданскому» . Императрица была по-своему права: ни у крестицкого дворянина, ни у Путешественника, ни у создавшего их образы писателя уважения к подписанным ею полицейским законам не было.

Яжелбицы — село и станция с путевым дворцом в 38 верстах от Крестьцов.

Сына, его же мертва — сына, которого мертвым.

Я смерть его уготовал до рождения его и т. д. Отед признается, что полученная им в молодости венерическая болезнь была причиной болезней и смерти сына.