В «Житии Ушакова» Радищев показал постепенное формирование человека. В «Путешествии», по большей части, представлены социальные характеры в уже сложившемся виде. Только асессор в «Зайцове» и молодой барин в «Городне» предстают с относительно развернутой биографией. В «Любанях», «Вышнем Волочке», «Медном», «Пешках», «Черной грязи» Радищев не пишет об индивидуальных отличиях и склонностях помещиков. Они равно преступны и безнравственны в своем отношении к крестьянам, что определяется их положением, охраняемым законом. Вместе с тем, когда это нужно, Радищев умеет немногими чертами обрисовать индивидуальный характер. Он создает первые в русской литературе реалистические портреты персонажей, зорко улавливая в них и типические, и индивидуальные черты (Ч., семинарист, семейка Карпа Дементьича и др.).

Дошедшие до нас рукописи и списки «особого состава» (см. о них в разделе «Творческая история.») показывают, что Радищев многократно, переделывал рукопись — и не только- потому, что жизнь, давала новый материал. В процессе работы над книгой созревал мыслитель и писатель. Вбирая наблюдения, думы и чувства автора, книга, в свою очередь, обостряла его зрение, усиливала эмоции, требовала дополнительной

аргументации, рождала новых персонажей. С ними входили иные интонации, становилась разнообразнее манера повествования. Сарказм сатирика, слезы человека, воспринимающего чужую боль как свою собственную, оттенялись бытописью, обличительный пафос — повседневным говорком, издевкой, юмором. Проповедь переплеталась с полной драматизма исповедью, жанровыми сценками, шуточными признаниями. Наряду с этим возрастала вера писателя в склады народные и в силу печатного слова. Отчетливее и громче зазвучали оптимистические предвидения.

Первоначально книга была трагичнее. Она начиналась прощанием с друзьями, ощущением затерянности человека в пустынном мире («Выезд»), а заканчивалась встречей с человеком, кончавшим жизнь самоубийством, и фразой «Въезд мой в Москву был скорбен».

Уже после цензуры, на последнем этапе работы над текстом «Путешествия», эпизод встречи с самоубийцей был заменен «Словом о Ломоносове» и написано новое начало — посвящение «А. М. К».