А вот лошади у меня будут—, схватка старика за бороду, начал его бить по плечам плетью нещадно. Весь этот эпизод соотносится с «Софией», проясняя причину испуганного вопроса не продравшего еще глаз комиссара: «Кто приехал? не.» «Миролюбивому человеку» среднего чина угрожает следствие, если он сделает «преступление на спине комиссарской». У «гвардейского полкана», предупреждающего желание «его превосходительства», даже не возникает сомнения, имеет ли он право прибегать к плети.

Дон Кишот, конечно, нечто чудесное бы тут увидел и т. д. Помимо внешнего гротеска в описании «его превосходительства особы», который предстает «от пыли серовиден, отродию черных подобным», в ссылке на роман Сервантеса также скрыта язвительная сатира: ведь перед Дон Кихотом из тучи пыли предстало стадо баранов.

Кто ведает из трепещущих от плети, им грозящей, что тот во имя коего ему грозят, безгласным в придворной грамматике называется и т. д. Радищев ссылается на «Всеобщую придворную грамматику» Д. И. Фонвизина. Эта сатира построена в форме вопросов и ответов так, как обычно составлялись в XVIII веке учебники. Глава вторая «Грамматики» «О гласных и о частях речи» содержит пересказываемый Радищевым текст:

«Вопрос: Что разумеешь ты чрез гласных?

Ответ: Чрез гласных разумею тех сильных вельмож, кои по большей части самым простым звуком, чрез одно отверзтие рта, производят уже в безгласных то действие, какое им угодно. Например: если большой барин при докладе ему о каком-нибудь деле нахмурясь скажет: «о!» — того дела вечно сделать не посмеют, разве как-нибудь перетолкуют ему об оном другим образом, и он, получа о деле другие мысли, скажет тоном, изъявляющим свою ошибку: «а!» — тогда дело обыкновенно в тот час и решено.

Вопрос: Сколько у двора бывает гласных?

Ответ: Обыкновенно мало: три, четыре, редко пять.

Вопрос: Что разумеешь ты чрез придворных безгласных?

Ответ: Они у двора точно то, что в азбуке буква «ъ», то есть сами собою, без помощи других букв, никакого звука не производят». «Грамматика» Фонвизина должна была явиться частью журнала «Друг честных людей, или Стародум»; хотя его издание управа благочиния запретила, сатира получила широчайшее распространение в списках.