Точно так же, если бы родители невесты не приготовились к назначенному сроку и не захотели выдать свою дочь, проведав про жениха, что он пьяница, или «зернщик», или уродлив, или иное что-нибудь дурное, — то жених бил челом патриарху же. С виноватого по суду в пользу правого брался заряд, прописанный в записи, а.молодым людям предоставлялось свободно вступать в брак, с кем захочет жених, или за кого выдадут невесту.

По приезде с приданым в доме жениха начинались приготовления к завтрашнему дню, дню свадьбы. Жених созывал к себе на свадьбу родственников и чужих людей, с кем был в

дружбе, причем всех их приглашал «в чиновные люди и в сидячие бояре и боярыни» и каждому поручал ту или другую обязанность и в соответствие с этим чин при свадьбе, по обычаю. То же делалось и с невестиной стороны. Женихова сваха приготовляла брачное ложе на сорока ржаных снопах, а подле него ставилось несколько кадей с пшеницей, ячменем и овсом, «чтобы вступающие в брак, — по замечанию Олеария, — в сожительстве своем имели всегда изобилие в пище и в средствах к жизни».

В самый день венчания происходили последние приготовления к свадьбе. В одной из палат в доме родителей невесты ставилось особое место для жениха с невестой, покрытое бархатом или ковром. На нем клалась подушка атласная или бархатная же. У места ставились два человека держать по сорок соболей. По сторонам места ставились две скамейки для тысяцкого и свахи, а перед ним стол, покрытый двумя скатертями. На столе размещали перепечи и калачи и особо ставили четыре блюда. На одном блюде полагали сыр и перепечу, которую потом надо было резать; на другом — хмель осыпной, деньги золотые, девять соболей да камки и тафты всякие, на третьем — ширинки и на четвертом — кику, а под кикой клали «подзатыльник, да подбрусник, да волосник, да покрывало»; здесь же ставили тару золотую или серебряную, а в нее вливали немного меда или вина и всыпали «хмельку да две маковицы», а около нее клали гребень. Около самого места два человека — каравайники — держали носилки с караваем и сыром, покрыв атласом или бархатом золотным, один — свечник — стоял со свечой «в кошельке», а еще двое — фонарщики — держали большой фонарь.