Одним из наиболее ярких примеров уличного бесстыдства было, по мнению Олеария, наблюдавшееся им в Москве появление голых женщин перед простонародными банями: выходя из бани прохладиться по русскому обычаю, они без всякого стеснения подходили к немцам и обращались к ним «с безнравственными речами». Было ли в Москве в обычае мытье мужчин и женщин в общих банях, сказать трудно. Стоглавый собор, осудивший такие бани, отметил существование их только в Пскове. Но во всяком случае, судя по оставленному Олеарием описанию русской общественной бани в Астрахани, едва ли можно предполагать, что в таких банях помещения для мытья обоих полов были достаточно изолированы одно от другого. В астраханской бане мужчины и женщины входили и выходили через одну и ту же дверь, притом без передников, и женщины «иногда выходили, без стеснения, голые поговорить со своими мужьями».

Вообще на улицах Москвы европейцу нередко приходилось наблюдать сцены, оскорблявшие его нравственное чувство. Все европейцы, писавшие о Московии, констатируют необыкновенную склонность русских к чувственными удовольствиям. Хотя

проституция не была официально терпима в Москве, контингент проституток как профессиональных, так и случайных всегда был очень значителен. Павел Иовий Новокомский, писавший о Москве в XVI в. со слов москвича Дмитрия Герасимова, который был в Риме в 1525 г. в качестве посланника, говорит: «даже иностранцу можно легко и притом за небольшую цену склонить к любовным утехам всякую женщину из простонародья (в Москве)». Неудивительно, что, при слабой дисциплинированности населения, уличный разврат принимал иногда самые откровенные формы. Корб пишет, что нередко даже монахи, сбросив всякую стыдливость, предавались разврату на проезжих площадях. Наиболее резкие проявления распущенности всегда, конечно, находились в связи с одной из самых характерных особенностей национального быта — пьянством.

Во все времена много говорилось и писалось о пьянстве русских. Несомненно, русский человек искони проявлял влечение к крепким напиткам и давал ему волю при всяком удобном случае. Характерным при этом было отсутствие меры, благодаря которому выпивка всегда сопровождалась самыми безобразными последствиями. Яркую картину пьянства в киевской Руси оставил Феодосий Печерский: «одни, — говорит он, — ползают на коленах, будучи не в состоянии стоять на ногах, другие валяются в грязи и навозе, ежеминутно готовые испустить дух».