Но для народа оставался тем же мягким и благоразумным правителем, заботился, чтобы бедный класс не был притесняем богатым сословием, облегчил подати и хотел завести народные школы; но последнему воспротивилось духовенство. Будучи сам хорошо образован, он заимствовал много хорошего у иностранцев и, заботясь постоянно обо всем государстве, Москве придал вид европейского города.

Но вот пронеслась весть, что Дмитрий, сын Иоанна Грозного, жив и идет с большой ратью на Россию. Годунов объявил боярам прямо, что они подставили самозванца, и не ошибся: воеводы царские говорили народу, что трудно воевать против природного государя и пили на пирах за здоровье Дмитрия. Народ не знал чему верить и за кого стоять, войско тоже сражалось нерешительно и, лишь только узнало о скоропостижной смерти Бориса Годунова, передалось на сторону самозванца, который торжественно въехал в Москву 20 июня 1605 года.

Погубив Годунова и все его семейство, бояре думали править государством в лице поставленного ими царя; но Дмитрий окружил себя иностранцами и выказывал явное пренебрежение к русским вельможам. Этого они не снесли. Шуйские, Голицын и другие взволновали москвичей, уверив их, что новый царь еретик и хочет ввести латинскую веру в России. Шуйский со своими приверженцами двинулся 17 мая 1605 года к Кремлю и ворвался во дворец. Дмитрий был убит.

С этих пор начинается самая страшная эпоха для Москвы. Она, с начала существования своего хлопотавшая вместе с князьями своими о соединении в одно целое разъединенных частей России, подпадает под влияние людей, действующих ради личных своих выгод; бояре, желавшие захватить в свои руки правление, играли судьбою своего государства, а Москва помогала им. Так, они на царство выбрали без представителей других городов Василия Шуйского, потом недовольные его правлением подняли против него народ во имя новых самозванцев и, наконец, интригуя друг против друга и не желая видеть на престоле кого-нибудь из среды своей, решились отдать престол московский сыну короля польского. Под предлогом почетного посольства они отослали к Сигизмунду самых честных и дельных бояр, во главе которых стояли митрополит Филарет и Голицын.