9 декабря прошедшего 1868 года настоятель Чудова монастыря уведомил пристава городской части, что казначей названного монастыря иеромонах Стефан найден в келье своей в постели убитым. По осмотре трупа голова найдена разрубленной в нескольких местах; одежда и постель окровавленными; на полу лужи крови. Происшествие это в свое время возбудило много толков в обществе. Подозрение в убийстве Стефана пало на прислуживавшего покойному цехового Сергея Павлова Ларионова. На другой же день, т.е. 10 числа, он был задержан в трактире Андреева и тотчас же во всем сознался; причем объяснил, что к совершению преступления этого его побудило желание «покутить».

Подсудимый еще очень молодой человек: ему в сентябре истекшего года минул только 21 год; но на вид он еще моложавее; волосы и глаза темные; черты лица его не заключают в себе решительно ничего отталкивающего, а, напротив, весьма симпатичны; держит себя довольно прилично; говорит тихим мягким голосом, опутив голову, и вид имеет очень печальный. За решеткою напротив него и присяжных заседателей на столе и на полу лежат вещественные доказательства совершенного им преступления: окровавленные топор, постель, одежда, железный сундук и другие вещи.

На вопросы г-на товарища председателя Ларионов дал следующие показания: отец его был крепостным человеком княгини Грузинской; сам показатель в детстве учился в пречистенском начальном училище, выучился там читать, писать и счету; потом отец взял его из училища, когда ему было десять лет, и отдал в ученье типографскому делу. Здесь он был первые годы учеником, наконец сделался сам мастером, пристрастился к чтению книг духовного содержания и вскоре возымел желание посвятить себя монастырской жизни. Между тем отец Ларионова Павел, вышедши из крепостной зависимости, получил место у княгини Белосельской-Белозерской, к которой в дом нередко хаживал один священник, доводившийся эконому Стефану двоюродным братом. Священник этот, узнав о желании Сергея Ларионова идти в монастырь, рекомендовал его Стефану, который и взял мальчика к себе. Сергей получал от Стефана готовую пищу и 10 рублей серебром в месяц жалованья, только одежда была его собственная. За это он обязан был вести Стефану счета и прислуживать ему.