Получается ответ: двадцать или тридцать лет тому назад прибыл он из Гамбурга приказчиком в торговый дом, женился впоследствии на родственнице хозяина фирмы и теперь стал меценатом.

Лучшие из домов, живущих на барскую ногу, — это разбогатевшие наши русские фабриканты, получившие современное образование. Конечно, в их обращении не следует искать деликатности и утонченной вежливости прежних бар, но русское радушие покрывает многие их недостатки.

Хотя заметно ярко выступает сознание ими материального их превосходства, но это следует им извинить.

Постоянное общение, по своим торговым оборотам, с мелкими покупателями в большинстве торгующих в кредит, следовательно, вполне зависимых от их благоволения, образует у них привычку к подобострастному поклонению зависимых от них в финансовом отношении лиц; поневоле эта складка остается у них в общественной жизни, где некоторые, без всякого умысла, делают невольные неловкости.

Обедневшее дворянство не в состоянии конкурировать с ними в устройстве празднеств и задавать богатые и обширные приемы, потому, поневоле удаляясь от руководства общественной жизнью, должно уступить дорогу разбогатевшему люду. Даже относительно богатые помещики веселятся только в своем родственном и приятельском кругу, избегая дорогостоящих больших общественных собраний.

Улучшения средств нашего дворянства ожидать невозможно; кроме того, современное дворянство направилось на дорогу, течением жизни ему предназначенную, и сделалось служилым сословием.

Все это резко отражается в общественной жизни.

Низменные вкусы некультурной публики предъявляют к жизни ненормальные требования, не применимые к жизненному укладу, а мнящие себя новыми руководителями общественной жизни, появившиеся главари движения еще не в силах ограничить их безумных прибавлений. Старое руководящее начало уничтожено, а новое не успело еще окрепнуть.

Было ли мыслимо в прежнее дореформенное время, чтобы общество всецело увлеклось такими произведениями, как описание жизни различных трущоб: Максима Горького, Андреева и их последователей, где грязь жизни проповедывается как идеал!