На полеты своих заводских редкостных голубей, смотря на отражение стай их в огромной серебряной мисе, налитой ключевой водой, иллюминации, фейерверки, маскарады, когда в народ летели пригоршни мелкой серебряной монеты, кулачные бои, когда знаменитые бойцы получали щедрые награды, — все это поддерживало постоянную связь московской толпы с сиятельным вельможей, и так как каждое его появление в народе обещало зрелище, то в Москве прямо сторожили выезды графа. «Молва вполголоса бежит с губ на губы: едет, едет, изволит ехать, — рассказывает в своих воспоминаниях про Орлова П.И. Страхов, впоследствии заслуженный профессор Московского университета. — Все головы оборачиваются в сторону, к дому графа Алексея Григорьевича; множество любопытных зрителей всякого звания и лет разом скидают шапки долой с голов и тихо, медленно опять надевают на головы, когда граф проедет».

Основание огромному состоянию графа А.Г. Орлова положили те пожалования землями, душами и деньгами, которые он получил за июньские дни 1762 года. Но главную массу его богатств, составили те морские призы, которые он захватил во время войны с турками, когда начальствовал русским флотом в Архипелаге. На эту экспедицию было отпущено в его безотчетное распоряжение около двадцати миллионов рублей, т.е. сумма, равнявшаяся без малого половине всего тогдашнего бюджета империи; современники уверяют, что значительная часть этих денег осталась в кармане Орлова. Верно это или нет — трудно сказать, но. нравам той эпохи такой поступок не противоречил: «победителя» не судили, только разве слегка осуждали, но зато много его «удаче» завидовали. Не осуждали Чесменского и за ту тяжелую роль, которую ему пришлось сыграть в Роп- ше в июле 1762 года.

Жил А. Г. Орлов-Чесменский под самой Москвой в своем роскошном имении-даче Нескучном, которое теперь вошло в черту города. Дворец Нескучного, построенный Орловым, куплен был у его наследницы императором Николаем Павловичем и под именем Александрийского стал одним из императорских дворцов Москвы. Парк дворца, знаменитый Нескучный сад, является одним из великолепнейших образцов садового искусства и может посоперинчать со многими образцовыми парками если не размерами, то по своему художественному расположению и планировке, в которой искусство человека, не насилуя природы, только подчеркивало естественную красоту.