Под Сухаревой башней идет дорога в священную обитель великого чудотворца, преподобного Сергия, в Троице-Сергие- ву лавру. Сухаревой башней выходят богомольцы из Москвы к Троице-Сергию. В старину на этом месте стояли Сретенские ворота, а за ними тянулись Новотроицкое село и Троицкая слобода, принадлежавшая лавре на пространстве нынешних Мещанских улиц. Теперь из всей монастырской слободы за лаврой осталось небольшое Троицкое подворье, в котором живет московский митрополит.

Помолившись у храмов (за Сухаревой башней) святых Адриана и Наталии и Филиппа митрополита, богомольцы в старину заходили и к храму св. Троицы На Капельках. Здесь водой из церковного пруда богомольцы умывали себе глаза для здоровья и здесь же прощались с провожавшими их родными и знакомыми. Дорога предстояла хотя недальняя, но опасная. В дремучих лесах по Троицкой дороге, даже и в царствование Екатерины II, привольно жилось разбойникам, грабившим и убивавшим прохожих и проезжих.

Следующая остановка для молитвы была у Креста, близ Троицкой (ныне Крестовской) заставы. На этом месте царем Алексеем Михайловичем был поставлен крест, называвшийся Филипповым, в память сретения на этом месте в 1652 году мощей св. Филиппа митрополита и внезапной кончины ростовского митрополита Варлаама. У Креста и сам царь-богомолец всегда делал «слазку». От Креста богомольцы пускались в дальнейший путь по Троицкой дороге, за заставу.

Теперь при самом выходе из Москвы, у Крестовской заставы, две громадные башни-водокачки нового водопровода указывают нынешнему богомольцу, как далеки времена «троицких походов» русских царей, времена прежней Троицкой дороги. Тех непроходимых лесов, которые сейчас же за Троицкой, или Крестовской, заставой окружали дорогу, нет и в помине. Справа леса тянулись верст на 40 от дороги и были любимым местом для царских охот, благодаря чему и теперь сохранились названия «Оленья роща», «Лосиный остров» и т.п. Большая часть исторических мест осталась памятной тоже лишь только по названиям.