22 июля 1547 года закончился ужасный пожар, и 30 июля этого же года хан крымский со 100-тысячным войском шел к Москве и хотел уже переправиться через Оку, но был отражен русскими войсками. В 1571 году татары под предводительством крымского хана Девлет-Гирея подступили к самой Москве. Хан велел зажечь посады, и пламя так сильно распространилось, что не было возможности тушить огонь. Толпы полу обгорелых жителей тщетно стремились к Кремлю; ворота Кремля по приказанию главного воеводы были завалены, и несчастные гибли на улицах. В три часа посады, Китай-город и вся Москва до Кремля превратились в кучу пепла. Множество воинов и жителей погибло. До 1584 года были видны в Москве последствия этого опустошения, жителей из 200 000 осталось только 30 000 и встречалось много еще развалин, пустырей, несмотря на то что груды жемчуга и золота приводили в изумление иностранцев, посещавших Иоанна IV.

Если бы не эти ужасные опустошения, можно было бы встретить в Москве памятники почти всех важнейших событий нашего отечества; но и теперь в ней сохраняются они, хотя не в том виде, но большей частью на тех же дорогих для нас по воспоминаниям местах.

В царствование сына Иоанна Грозного Федора Москва в последний раз испытала нашествие татар в 1591 году. Но распорядительный правитель Годунов, брат жены царя, не растерялся, несмотря на то что большая часть войска нашего находилась в Новгороде и Пскове. Он предоставил известным боярам защищать Москву, а войско расположил в двух верстах от города, устроив там подвижный, дощатый городок с полотняной церковью во имя св. Сергия, в которой поставил икону, бывшую с Дмитрием Донским в знаменитой Куликовской битве. Целый день пушки гремели со стен кремлевских, битва была упорная, и много татар погибло под стенами московскими; наконец Казы- Гирей должен был прекратить битву и бежать из России.

Под распорядительным правлением Годунова Москва скоро оправилась от этого нашествия. Сделавшись правителем и главным действующим лицом в России при слабом царе Федоре, он продолжал помогать народу в его нуждах и после страшного пожара московского 1591 года выстроил на свой счет целые улицы домов и снабдил всем необходимым погорельцев. Сделавшись царем, Годунов продолжал теснить значительных бояр, в которых он видел искателей престола, им занимаемого.