В области коммерческого кредита Поляков принимал заметное участие в делах четырех акционерных банков. В Петербургско-Московском он возглавлял совет, но основной контроль принадлежал родственникам его брата Самуила — сыну Д.С.Полякову и зятю Л.А.Варшавскому, входившим соответственно в совет и правление. Данный банк относился к типу так называемых «деловых» банков, у которых основную часть активов составляли операции с ценными бумагами. Так, по отчету за

1898 г., им было учтено векселей всего на 22,2 млн р., тогда как в сделки с бумагами было инвестировано вдвое больше — 41,4 млн р., в том числе выдано ссуд под негарантированные бумаги на 34,3 млн р. Увлечение биржевыми спекуляциями не прошло даром, и в начале 1900-х гг. под влиянием экономического кризиса, обесценившего основной пакет заложенных бумаг, правление объявило о ликвидации банка. Часть активов была перекуплена Азовско-Донским банком, переехавшим в 1903 г. из Таганрога в Петербург.

Наиболее «здоровым» из банков, контролировавшихся Л.С.Поляковым, являлся Орловский Коммерческий. Л.С.Поляков был главным его акционером и председателем правления. Советом банка руководил один из его сыновей — И.Л.Поляков. Банк обладал разветвленной сетью отделений, преимущественно в южных хлебородных губерниях, и работал главным образом по кредитованию хлебной торговли. По отчету банка за 1898 г., он учел векселей на сумму 20,8 млн р. и выдал авансов под железнодорожные квитанции на хлебные грузы 11,9 млн р., вложив в операции с ценными бумагами всего 2,8 млн р.

Непосредственно в Москве к началу XX в. Поляков контролировал два коммерческих банка — Международный Торговый и Южно-Русский Промышленный, правление которого в 1900 г. было переведено из

Киева в Москву. Главной опорой группы Полякова служил Международный Торговый банк, ставший, как отмечалось выше, вторым в Москве по объему операций после Купеческого. При этом по размеру основного капитала, доведенного к середине 1890-х гг. до 10 млн р., ему не было в Москве равных, так же как и по развитию сети отделений, которых к концу 1890-х гг. насчитывалось 29, в том числе семь заграничных — в Кенигсберге, Данциге, Лейпциге, Марселе, Роттердаме, Штеттине и Тегеране.