Подобная практика в условиях бурного индустриального роста конца XIX—начала XX в., разумеется, постепенно уступала дорогу внешнему, банковскому финансированию. Общей тенденцией в начале XX в. являлось значительное ослабление самофинансирования промышленных корпораций.

В мировой экономике система самофинансирования возродилась после Второй мировой войны в результате концентрации крупных денежных ресурсов у ведущих промышленных монополий. Это, бевусловно, не означало разрыва кредитных отношений с банками. Финансовая независимость использовалась промышленниками как средство добиться от банка наиболее выгодных условий кредитования. В конечном итоге процесс уже в наши дни привел к еще более прочному переплетению интересов финансовых и промышленных корпораций.

После необходимого исторического экскурса вернемся к проблеме текстильной промышленности дореволюционной России. Практика самофинансирования сохранялась здесь до 1917 г., но по мере роста промышленного производства все более явственной становилась магистральная тенденция, выражающаяся в развитии финансирования внешнего, прежде всего банковского.

Процесс акционирования текстильной отрасли в России прошел в 1870—1880 гг. в основном без привлечения капиталов со стороны, за счет накопленных ранее прибылей. Чтобы сохранить контроль за бывшим частновладельческим предприятием, его хозяева использовали в качестве организационной формы ассоциации капитала так называемые «товарищества на паях», которые отличались от обычного акционерного общества более узким составом пайщиков, обычно принадлежавших к одному семейству. Распределенные между ними паи имели высокий номинал  и на официальном рынке ценных бумаг не фигурировали.

Значительную часть прибылей владельцы фирмы оставляли в деле, занося их в статьи баланса: «запасные капиталы», «капиталы на расширение производства» и др. Их особое значение подчеркивалось в отзыве Московского биржевого комитета на проект правил о выпуске облигаций, подготовленный в 1900 г. Министерством финансов.