Самоубийство в феврале 1904 г. председателя правления С.Ф.Рузского как бы поставило трагическую точку на деятельности банка — он фактически лопнул.

Тем не менее решением Госбанка в апреле 1904 г. ему была предоставлена еще одна ссуда в 250 тыс. р. Управляющий Госбанком С.И.Тимашев, отдавая себе отчет, что «проектируемая поддержка может оказаться бесполезной», распорядился все же выдать субсидию, так как «крушение банка могло бы быть причиной тревоги на денежном рынке, а в частности отразилось бы на положении Московского Международного Торгового банка». Несмотря на совместные усилия Госбанка и поляковского банка, введшего в правление еще одного своего представителя, в октябре 1904 г. «вследствие крайне стесненного положения кассы» Костромской банк прекратил платежи. Его крах обошелся московскому патрону в 185 тыс. р., которые пришлось списать по акциям.

Затем реорганизации подверглось другое дело, доставшееся от Шкаффа, — О-во Боте, в правлении которого с 1902 г. участвовали два представителя Международного торгового банка. В 1904—1905 гг. основной капитал общества 500 тыс. р. по настоянию директоров банка, владевших к тому времени пакетом акций на 236 тыс. р., был сначала снижен до 300 тыс. р., а затем увеличен до 1 млн р. Все 2,8 тыс. новых акций на сумму 700 тыс. р. поступили в депо банка в зачет долгов фирмы. Общество постепенно расширяло пивоваренное производство, и у правления банка были основания рассчитывать на повышение курса его акций. В результате проведенной комбинации объем финансирования фирмы Боте составил около 1 млн р.

Финансовому «оздоровлению» был подвергнут и Балтийский Торгово -промышленный банк. В 1902 г. Международный Торговый доплату по принадлежавшим ему акциям Балтийского банка 200 тыс. р., приняв в обеспечение всех долгов закладную на недвижимое имущество того лидера графа Стенбок на сумму 450 тыс. р. и новый пакет акций. В итоге он стал обладателем пакета на сумму 400 тыс. р. из основного капитала в 1 млн р. В совет Ревельского банка были введены два представителя.