Таким незначительным результатом окончилась история объединения, которому в разгар революционных событий отводилась роль спасителя капиталистической Москвы. Тем не менее сюжет о московском консорциуме свидетельствует, что перед лицом нараставшего революционного движения сложился экономический союз буржуазии и царизма. Заручившись многомиллионной правительственной гарантией, московские промышленные и банковские тузы стремились за счет казны преодолеть кризис в сфере капиталистического кредита и денежного обращения. Царское правительство, само оказавшееся на грани государственного банкротства, предоставило все же просимую гарантию под прикрытием банковского синдиката.

Воспользоваться в полной мере обещанными льготами московским банкирам не пришлось по причинам, от них не зависевшим. Политическое «успокоение», наступившее после подавления вооруженного восстания, способствовало довольно быстрому восстановлению механизма денежно-кредитного обращения. Частные банки после декабрьского кризиса вновь развернули активные операции, и потребность в чрезвычайной помощи со стороны Госбанка утратила свою остроту. К тому же с ликвидацией революционного очага в Москве царизм уже не так безотказно откликался на «карманные» запросы местной банковско- промышленной буржуазии.

Вместе с тем банки — участники консорциума и в дальнейшем имели возможность пользоваться экстраординарной поддержкой казны. Так, осенью 1906 г. московские банкиры, ссылаясь на перевод вкладчиками денег с текущих счетов на покупку процентных бумаг, ходатайствовали перед Министерством финансов о разрешении «неограниченного кредита по примеру октября 1905 г.». В ноябре 1906 г. Госбанк заверил правления Купеческого, Учетного и Торгового банков, а также Купеческое общество взаимного кредита, что «при наступлении исключительных обстоятельств по случаю истребования вкладов» он допустит превышение кредитов под благонадежные обеспечения, как то практиковалось осенью 1905 г.