По делам общества была учреждена администрация, но она не выправила положения. В конце концов завод был продан с торгов всего за 56 тыс. р. Госбанку, который затем пустил его оборудование с молотка. В счет своей претензии к Антоновичу Международный Торговый банк зачислил в свой портфель принадлежавшие должнику акции Южно-Русского банка и приобрел с торгов за 70 тыс. р. его кирпичные заводы. С последними он вскоре расстался «ввиду плачевного состояния», продав их с убытком. Так безрадостно завершилась для банка еще одна история с финансированием, начатым на волне промышленного подъема конца XIX в.

Постоянный дефицит средств не позволял поляковским банкам вести операции без регулярной помощи казны, особенно в связи с начавшимся в 1902 г. отливом пассивов. Есть сведения, что уже в конце 1901 г. для покрытия обнаружившегося дефицита три банка получили государственную субсидию в размере около 30 млн р., в том числе за счет перевода в них свободных средств городских управ Петербурга и Варшавы.

Скованное поляковскими долгами, правление Международного Торгового банка уповало на широкое развитие вексельно-подтоварных операций в отделениях. Последние, несмотря на кризис, окрепли, их средняя доходность со 150 тыс. р. в 1890-е гг. возросла до 400 тыс. р. в 1902 г. После того как были закрыты в 1903 г. убыточные филиалы в Марселе, Тегеране, Штеттине и Бугуруслане, оставшиеся отделения активно развивали кредиты под железнодорожные накладные на хлебные грузы. Эта операция, по мнению правления банка, была крайне выгодна, так как приносила в среднем 16% прибыли, а затраты на нее могли быть возмещены путем учета дубликатов накладных в Госбанке. Особого масштаба достигли операции по финансированию экспорта хлеба. Правление регулярно приглашало другие банки «ввиду близости наступления хлебной кампании воспользоваться услугами наших отделений в Кенигсберге, Данциге и Роттердаме по инкассированию документов на отправляемые за границу предметы экспорта».

Объем деятельности отделений напрямую зависел от размеров кредита в Госбанке.