Попытка развить операцию ссуд под товары не удалась. Не выдержав конкуренции со стороны других учреждений, банк в 1876 г. самоликвидировался.

Три оставшихся банка, которые позднее стали называть «старыми», и Общество взаимного кредита не могли, разумеется, исчерпать потребности в кредите такого громадного экономического центра, как Москва. Однако с 1872 г. Министерство финансов, обеспокоенное грюндерской горячкой и растущей конкуренцией банков, запретило учреждение новых банков в обеих столицах и тех городах, где они уже действовали. Под влиянием краха Коммерческого Ссудного банка запретительные тенденции в правительственной политике усилились, и лишь в 1883 г. министр финансов Н.Х.Бунге отменил прежние ограничения.

На рубеже 1890-х гг. московские капиталисты проектировали создание еще нескольких акционерных коммерческих банков. Представители крупнейшего текстильного клана С.Т. и Д.И. Морозовы собирались основать Торгово-промышленный банк. Группа дельцов во главе с банкирами Джамгаровыми подготовила «Устав Промышленно-фабричного банка». Интерес к бурно развивашейся нефтяной промышленности и к новым рынкам Средней Азии выразился в идее создания Каспийского банка, который должен был оказывать содействие «нефтяной промышленности и торговле со среднеазиатскими владениями России». Его учредителями выступили фирмы «Вогау и К», «Стукен и К0», «И.В.Юнкер и К0», В.Е. и Д.И. Морозовы, С.М.Третьяков,

Н.Н.Коншин и др.1. Уставы всех банков были утверждены в высших инстанциях, но по неизвестным причинам ни один из проектов так и не был осуществлен.

К началу XX в. в Москве появилось еще два банка, находившихся под контролем банкира А.С.Полякова. В 1872 г. в Рязани он учредил в компании с местными купцами скромный банк с капиталом 600 тыс. р.32. В середине 1880-х гг. Поляков добился перевода правления банка в Москву, используя, как вспоминал С.Ю.Витте, «особую протекцию» благоволившего к нему московского генерал-губернатора  В.А.Долгорукова.